1913 год считается высшей точкой Российской империи, достигшей процветания и могущества. Грандиозное празднование 300-летия дома Романовых стало настоящим триумфом. Начало было положено 21 февраля, в этот день в 1613 году боярина Михаила Фёдоровича Романова избрали на царство. День был объявлен «неприсутственным для всей империи», то есть выходным. Император Николай II возжелал «достойно ознаменовать нынешний торжественный день и увековечить его в памяти народной». В 8:30 утра батарея Петропавловской крепости дала 21 залп, возвещая старт праздничного марафона, растянувшегося почти на полгода, чтобы перекрыть дату венчания нового монарха на царство — 21 июля.
Увертюра к празднованиям завершалась 24 февраля в Прощёное воскресенье, последний день перед Великом постом. В парадных залах Зимнего дворца состоялся официальный обед, на котором присутствовало 150 персон, включая высшее дворянство и глав дипломатических представительств иностранных держав. Возле столовых приборов каждого гостя лежала роскошно оформленная программа вечера — «Роспись кушаньям» и «Программа придворного оркестра». Печаталась она в типографии Сергея Михайловича Прокудина-Горского, известного русского издателя, фотографа, химика и общественного деятеля.
Разработку эскиза программы он поручил Ивану Яковлевичу Билибину, выдающемуся художнику-иллюстратору. Выбор был неслучаен — обед задумывался в традиционном русском стиле. Билибин, сделавший зримым и понятным яркий мир русских былин и сказок, открыл его для себя на выставке Виктора Васнецова, устроенной в Императорской академии художеств: «Сам не свой, ошеломлённый ходил я после этой выставки. Я увидел у Васнецова то, к чему смутно рвалась и о чём тосковала моя душа».
Художник считался мастером на все руки. Помимо собственно живописи и книжной иллюстрации он писал декорации к оперным спектаклям, оформлял обложки журналов, рисовал афиши, открытки и рекламные плакаты и даже карикатуры. Так что заказ на создание меню императорского обеда не было для него чем-то из ряда вон выходящим. А Прокудину-Горскому нужен был первоклассный мастер не только для того, чтобы не ударить в грязь лицом перед императорской фамилией. Опытный предприниматель, он прекрасно знал, что меню обедов гости частенько уносили в качестве сувенира, и это было для него прекрасной рекламой.
Георгии Победоносцы, двуглавые орлы, витые теремные колонки, пёстрые цветы — виньетки были прекрасны. Но, поскольку кулинарные предпочтения высшего общества лежали, преимущественно, в сфере французской кухни, пришлось искать компромисс между формой и содержанием. Судите сами. Первой подачей стояли два вида супа, черепаховый и из дичи, правда, с традиционными русскими пирожками. Далее следовали стерлядь двинская, почему-то «на шампанском», и филе телятины московской. Затем «холодное из уток» с апельсиновым соусом и пунш «Виктория». Жаркое: пулярды французские и фазаны с салатом из огурцов. Далее — трюфель, опять-таки «на шампанском», и, наконец, сладкое — персики по-императорски, мороженое и десерт. Кстати, Горский не ошибся: эти меню стали и коллекционными раритетами, и музейными экспонатами.
