Кто я? Жена, муза, друг, куратор?! Я — #наединесхудожником, я — рядом, а ОН — настраже, с тонкой кистью в руках, один на один с огромным холстом.
Поговорим?
Можно переосмыслять матрёшку в инсталляции, украшать лофты наличниками, ярким акрилом, да на больших холстах множить «абстрактный экспрессионизм», лепить из глины огромные статуи «в стиле наив», снимать концептуальные танцы обнаженных дев в белизне родных берёз... Можно говорить много громких слов и во всем подчёркивать особый «русский культурный код».
А можно по-другому. Здесь я уже писала о том как начиналась работа над этой картиной, а сегодня просто рассказываю эту историю дальше.
Наверное, для всех, кто живёт, работает и более того, занимается искусством в России, есть своё представление об этой стране, свои образы, личности, примеры.
Для Александра Арзамаса-Желонкина важным русским человеком, который посвятил всю жизнь своему делу, стал Павел Николаевич Филонов, мастер аналитического метода и множества сильных, сложных, удивительных картин.
Его жизнь — пример силы воли и огромной веры в искусство, в страну, в будущее. Многие годы у него не было возможности показывать зрителю свои картины, но он продолжал писать, зная, что и зачем он делает. Он не давал вывозить своё искусство из страны и погиб в блокадном Ленинграде, где каждую ночь поднимался на крышу — караулить бомбы. «Пока я стою здесь, дом и картины останутся в целости. Но я не трачу время даром. У меня столько замыслов в голове», — вспоминает его слова сестра, благодаря которой мир увидел аналитическое искусство после войны. Основатель аналитического искусства умер в 1941.
Первая персональная выставка Филонова в России состоялась только в 1988 году. В год моего рождения. В этом же году «чернорабочий аналитического искусства» Александр Арзамас-Желонкин поступил в художественную школу...
И сегодня аналитический метод жив. И это то русское искусство, на которое хочется смотреть.
